Военное ведомство

Все распоряжения по военному ведомству, вплоть до самых незначительных, исходили непосредственно от царя. Военное и военноморское министерства были просто канцеляриями для приема донесений царю и передачи царских приказаний. При этом несколько высших военных сановников (главнокомандующий Действующей армией, командующий гвардейскими и гренадерским корпусами, генералфельдцейхмейстер, ведавший артиллерией, генералинспектор по инженерной части и др.) подчинялись не военному министру, а непосредственно царю, что еще более умаляло роль министерств.

«Между разными органами, администрациями и разными инстанциями власти,— вспоминал Д. А. Милютин (будущий военный министр России),— не было правильной связи. Отсюда происходило излишество инстанций, многочисленность личного состава, усложнение отношений и размножение переписки» К Мелочная опека царя, отнюдь не обладавшего дарованием военного администратора, сковывала инициативу начальников на местах, делала их механическими исполнителями повелений свыше. И это относилось не только к большинству командующих корпусами, флотами, дивизиями, но даже к таким приближенным царя, как главнокомандующий Действующей армией фельдмаршал И. Ф. Паскевич, его начальник штаба князь М. Д. Горчаков, военный министр князь В. А. Долгоруков, начальник главного морского штаба князь А. С. Меншиков и т. д. Такими же механическими исполнителями приказаний свыше были многие и другие генералы аракчеевской школы, выдвинутые затем царем в ходе войны на самые ответственные посты. Бездарность и рутина были главнейшими отличительными чертами генералитета николаевской России.